Белорусский Центризбирком никогда не обращался в Венецианскую комиссию, не делали это и другие государственные органы страны. Об этом заявил сегодня Председатель Центральной комиссии Беларуси по выборам и проведению республиканских референдумов Игорь Карпенко в ходе общения с журналистами на участке для голосования в Минске. Руководитель ЦИК досрочно отдал свой голос на республиканском референдуме по вопросу внесения изменений и дополнений в Конституцию.
Председатель ЦИК заметил:
- Читаю заявление Венецианской комиссии и удивляюсь. Мы никогда не обращались в Венецианскую комиссию, насколько я знаю, не делали это и другие государственные органы. Кто туда обратился и с чем - непонятно. Они дают свою оценку, но это по меньшей мере - как прийти в чужую квартиру и начать советовать, какие шторы там повесить на окна. То есть моральная сторона вопроса - в ведении тех, кто эту мораль нарушает.
Отметим, некоторые западноевропейские СМИ накануне сообщили о “подготовленном Венецианской комиссией срочном промежуточном заключении по конституционной реформе в Беларуси”, в котором раскритиковано “слабое участие парламента в разработке поправок”. При этом отмечалось, что “данное промежуточное заключение было подготовлено в рамках срочной процедуры, в сжатые сроки и без проведения встреч с властями страны, с представителями оппозиции, государственных институтов и гражданского общества Беларуси”. Более того, в этом “заключении” не проводится подробный анализ всех предлагаемых изменений, чем он еще больше смахивает на обычную тенденциозную заготовку, столь характерную для многих европейских и международных структур последних десятилетий.
Венецианская комиссия (официально - Европейская комиссия за демократию через право) - консультативный орган по конституционному праву, созданный при Совете Европы в 1990 году и периодически оказывающийся в эпицентре различных скандалов. Так, в 2009 году Венецианская комиссия вызвала резонанс в СМИ заявлением о том, что «богохульство не должно быть незаконным», а в 2017 году угрожала Польше отобрать у нее право голоса после того, как польское правительство предприняло меры по реформированию своего Верховного суда.