Начинали с азов
— Олег Борисович, с чем связана необходимость создания научного центра?
![](/upload/iblock/025/025905c24c2ccebf9dff98435c5cb485.jpg)
В 2013 году, после того как вуз посетил тогдашний Премьер-министр Михаил Мясникович, было принято постановление Совмина о развитии БГТУ. Нам поручили в кратчайшие сроки создать восемь отраслевых и четыре научно-исследовательских совместных лаборатории, которые должны были оказать научно-техническую поддержку и сопровождение наших базовых предприятий. И мы этим четыре года активно занимались. Кто-то скажет, что это долго. Но проблема в том, что до этого времени в стране опыта по созданию отраслевых лабораторий на базе университетов попросту не было. Пришлось начинать с самых азов: создавали всю необходимую нормативную базу для такой работы. Все нужно было согласовать с профильными министерствами, ведомствами, предприятиями. А это тоже время. Но система в конце концов заработала. Кстати, сейчас многие вузы берут нашу модель за основу и создают подобные структуры.
— То есть новый нефтехимический центр создается не с нуля, а на основе профильных отраслевых лабораторий?
— У нас есть лаборатории по всем основным направлениям, для которых мы готовим специалистов: лесное, деревообрабатывающее, биотехнологическое, химическое и нефтехимическое и другие. То есть у нас уже есть определенный опыт и хорошие результаты в научной работе. Поэтому, когда после совещания под руководством помощника Президента Александра Косинца и председателя концерна «Белнефтехим» Игоря Ляшенко появилась идея создания РНПЦ, мы были к этому готовы. Сейчас, я бы сказал, идет его становление. По сути, это не кардинально новая и бюрократическая структура, а центр, который появится на базе существующих профильных научных лабораторий. Их возглавляют ведущие доктора наук, профессора либо завкафедрой. То есть у нас есть костяк необходимых научных кадров. А ведь не секрет, что именно кадры — главная проблема при создании любого серьезного научного подразделения. Есть и определенная материальная база, что тоже немаловажно, ведь оборудование очень быстро устаревает, появляются новые методы исследования.
![](/upload/iblock/001/001455820aa3b23ed8332b5e01716e4c.jpg)
Студентка третьего курса БГТУ Александра Подсосонная за самым современным рентгеновским дифрактометром изучает кристаллические структуры различных соединений.
Перспективу сотрудничества с учеными видят не все
— Профильные предприятия вас поддерживают?
— По положению лаборатории находятся на самофинансировании, так что деньги они должны зарабатывать сами. Либо по прямым договорам с предприятиями, либо в рамках научных госпрограмм. Кроме того, у нас есть возможность пользоваться поддержкой республиканского инновационного фонда. И за последние два года мы приобрели несколько единиц дорогостоящей уникальной техники. В ее числе комплект оборудования, которое позволит исследовать свойства материалов после их специальной обработки. Речь о стеклотканях, стеклохолстах. Стоит оно немало — 200 тысяч рублей. Согласитесь, вузу потянуть такие расходы было бы не по силам. И сейчас рассматриваем покупку еще нескольких единиц уникального оборудования. Кроме того, практически на всех крупных предприятиях, с которыми мы сотрудничаем, есть филиалы наших кафедр. Это тоже поддержка.
— Все предприятия понимают необходимость сотрудничества с наукой?
— Не могу сказать, что блестящая связь налажена со всеми. Часть профильных предприятий видит перспективу сотрудничества с учеными, и мы с ними успешно работаем. Например, в этом месяце мы создали совместную лабораторию с заводом горного воска. Нам поручено разработать различные виды смазок для лыжного спорта. Но процентов 20 по разным причинам этого не делают. Есть объективные, это когда, например, заключаются крупные контракты с зарубежными фирмами, как на Светлогорском ЦКК, ОАО «Гродно Азот». Туда до пуска производства мы не имеем права вмешиваться. И это понятно — строительство под ключ ведут фирмы, которые выиграли тендер. А вот в 5—10 процентах случаев к ученым не идут, потому что, говоря народным языком, не сильно прижало или по причине непонимания, что наука может оказать помощь.
Например, вы знаете, недавно Президент дал поручение по развитию Оршанского региона. У нас в течение длительного времени с Оршанским инструментальным заводом не получалось наладить сотрудничество, хотя было много попыток. Сейчас туда пришло очень прогрессивное руководство. В итоге на стадии испытания многие проекты, например линейка дереворежущего инструмента, чертежи и разработки по которому переданы нами заводу. И они показывают хорошие результаты.
Конечно, любое предприятие может прийти не к нам, а в зарубежные центры. Но сами понимаете, цена вопроса будет отличаться в разы.
В Казань — за опытом
— Не так давно вуз посетила делегация Татарстана. Это связано с тем, что в этой республике накоплен большой опыт в сфере нефтехимии?
— Нам не хватает практического опыта в нефтехимии. А крупнейшие в России научные центры по этому направлению находятся в Казани. У нас заключен договор о сотрудничестве с Казанским химико-технологическим университетом. Кадры нужно обучать и переобучать.
— Первыми задачами, которые решит центр, будут...
— Сначала нам нужно его создать, сформировать структуру центра. Закупить недостающее оборудование. Кроме того, нужно полностью укомплектовать центр кадрами. В основном, полагаю, это будут наши же выпускники, поскольку не так много вузов готовит специалистов по профилю. Частично они есть в Новополоцке и Могилеве, но там более узкие направления. Также главный наш стратегический партнер — Академия наук.
Кстати, на задачи центра будут работать не только специализированные кафедры, но и наши экономисты, маркетологи и менеджеры. Ведь прежде чем что-то разработать, а затем и произвести, нужно четко понимать, будет ли наша продукция востребована. Планируем, что в полную силу центр заработает уже в будущем году.
arteaga@sb.by