![](/upload/iblock/75a/75adf1d8fc5c690b9eae178507c26d5f.jpg)
Президент Беларуси заметил, что эти события до настоящего времени плохо изучены, а имеющаяся информация довольно противоречива. С одной стороны, создатели БНР хотели независимости для страны, а с другой — они были готовы обратиться за помощью к кому угодно, но затем снова бы оказались под сапогом.
Глава государства отметил, что умные люди должны знать правду о тех событиях.
— Не заклеивать, не выдергивать из контекста. Но гордиться этим, если это было так, не надо. Это была печальная страница, и в истории многих народов таких печальных страниц была масса, — констатировал Александра Лукашенко.
Белорусский лидер подчеркнул, что в истории любой страны были самые разные события, а в качестве примера привел Германию.
— У них было страшное событие, которое будут помнить все поколения, - оттуда пришла война. Они уничтожили миллионы ни в чем не повинных людей. Это холокост не только для евреев, но и для всего мира, особенно для нашего славянского. Во имя чего они это делали? Во имя счастья своего немецкого народа. Они шли сюда, чтобы иметь ресурсы, технологии и так далее. Они, наверное, тогда считали, что поступают правильно. С нашей точки зрения, это варварство, это негодяи, — резюмировал Президент.
Читайте также
— Они же не гордятся, что во времена Гитлера были построены шикарные автобаны, что они там создали мощнейшую экономику, наших людей, украинцев, русских, поляков сгоняли туда, и они там ни за что работали, пока могли передвигаться, — напомнил Александр Лукашенко.
Глава государства не исключает, что в белорусской истории, возможно, также были некоторые ошибки, а создатели независимой Беларуси не знали, куда броситься.
— Большевики разогнали съезд (Первый Всебелорусский съезд — прим. ред.), испугавшись, что эта часть империи может отколоться. Беларусь ценнейшая для них была территория, они боялись ее потерять, — считает белорусский лидер.
Читайте также
— Не потому что не хотели дать белорусам какую-то волю, свободу. Они испугались, что вообще потеряют Беларусь, и немцы или другие враги будут под Смоленском, а то и под Москвой, — подчеркнул Александр Лукашенко.
Однако, решение создателей БНР обратиться за помощью к Германии, по словам Президента, не могло в полной мере обеспечить независимость Беларуси.
— От одного сапога с востока побежали на запад под сапог кайзера. Можно это и так расценивать. Но я просил бы не судить их строго, потому что нас там не было и мы это не переживали психологически, не понимаем, что тогда происходило. Страстное желание сделать Беларусь независимой их могло толкнуть хоть к кайзеру, хоть черт знает к кому. Были и такие люди. Хорошая это страница в нашей истории? Наверное, не совсем, — убежден глава государства.
— Не надо это педалировать, даже если вы очень ненавидите все русское, а с этого все начиналось. Русские — это наши братья. Они разные, бывают хорошие и плохие. Бывает, и молоко не пускают, и сахар не разрешают там продать, и нефть перекроют, и газ. Всякое бывает. Я это все пережил сполна. Так и мы же не святые. На то есть политики, чтобы мы могли урегулировать эти вопросы. Но это не значит, что это наши враги. Нам кто прежде всего руку помощи протянет? Русские. Неважно, какая причина в основе этого будет лежать. Они до сих пор боятся потерять Беларусь, — подчеркнул Александр Лукашенко.
Президент также отметил, что он как никто другой является сторонником суверенитета и независимости Беларуси, так это его работа и он, как руководитель государства, должен обеспечить суверенитет и безопасность страны.
Затрагивая тему празднования 100-летия БНР, Александр Лукашенко признался, что отдал поручение не вмешиваться в обсуждение этих процессов.
— Пусть они сами разберутся. Хотят они возле Оперного театра — пускай собираются, — сказал он, добавив, что главное в этом вопросе порядок и безопасность.
Помимо прочего, белорусский лидер заверил, что он не выступает против демонстраций и уличных шествий, но они ни к чему хорошему не приводят.
— Не нужны нам сегодня эти демонстрации, уличные шествия. Не потому что я их боюсь. Пройдут по улице, по Минску — переживем. Но один раз, второй, третий раз, а потом будет, как двадцать лет тому назад, — заключил глава белорусского государства.