![](/upload/iblock/184/vd2wh6dth5t5wpnsrb099z9lwlz0otp2.jpg)
Форма против содержания
— С каким настроением начинаете эту фестивальную неделю?— С деловым. Потому что у меня по-прежнему много дел помимо фестиваля. Однако рассчитываю на то, что в этом году, как и прежде, на «Лiстападзе» будет много хорошего кино.
— Для вас фестиваль — это больше работа или все-таки удовольствие от встреч с друзьями, эмоции от новых фильмов?
— Начну с того, что фестиваль постепенно меняется, и это абсолютно нормально. В первые годы своего существования это был кинематографический праздник, своего рода ярмарка, бесконечная радость от встреч с друзьями. Приезжали, например, мои сокурсники по ВГИКу, именитые кинематографисты привозили новые картины. Было много веселья, восторга и молодости, потому что мы сами были молоды, когда фестиваль только начинался.
— А сейчас, получается, «Лiстапад» перешел в разряд «старичков»?
— Ну что вы, не так радикально.
Молодежи фестиваль в равной степени интересен так же, как и нам. А может быть, даже и в большей: все-таки у них есть стремление показать и предложить себя зрителю, заявить о себе. Другое дело, каков их уровень размышления. Хочется, чтобы люди, приходящие в искусство, не отличались легкостью мышления, не демонстрировали излишнюю самоуверенность в потребности что-либо разрушить. Привнесите новое!— Старшее поколение кинематографистов обычно не приветствует эксперименты в творчестве…
— Наоборот, считаю, что экспериментальные проекты демонстрируют в первую очередь глубину мысли человека. Ведь что такое эксперимент? Это попытка на основании того, что ты знаешь, обнаружить что-то новое и для себя, и для других, возможно. В этом смысле я полностью за. Но, опять же, в исполнении большинства молодых людей это выглядит аляповато. Конечно, если появится молодежь, которая привнесет что-то оригинальное, яркое, мудрое и глубокое в свои первые работы, я всячески ее поддержу. И пусть эти фильмы будут несовершенны по форме, но в них будут как минимум совершенство и законченность мысли.
— По первому полнометражному фильму можно понять, талант перед нами или посредственность?
— Это заблуждение, будто бы в первой работе человек сразу раскрывается. Так было с единицами. С Андреем Тарковским, например. Он снял несколько короткометражек, а потом случилось «Иваново детство». Это была его первая полнометражная картина. И получилась абсолютно гениальная лента. Другие кинематографисты шли по этому пути намного дольше. Кончаловский, Бергман, Феллини…
Вообще, я хотел бы, чтобы появилось как можно больше в первую очередь профессиональных людей. Понимающих и знающих, что такое кино. Потому что, увы, пока не появляется картин, от которых приходится вздрагивать.— Вы сказали, что характер «Лiстапада» существенно изменился, фестиваль стал предприятием. О чем это говорит?
— О том, что все стало по-взрослому. Сегодня «Лiстапад» — это уже соответствующий церемониал, это встречи, носящие именно официальный характер. При этом любой кинофестиваль — это всегда торжество надежды, таланта и красоты. И хотелось бы, чтобы наш фестиваль возвращался именно в сторону праздника, которому нет равных в кинематографической среде. Хотя к нам по-прежнему стремятся попасть кинематографисты со всего мира. 2087 заявок — это все-таки о чем-то говорит. У нас представлены картины многих ведущих кинематографических держав, даже из США были заявки. Но помимо того, что фестиваль — это праздник, он имеет конкретные цели и задачи. «Лiстапад» дает возможность кинематографистам из самых разных стран понять и увидеть, что делают их коллеги. Это уже не поиск новых форм или нового киноязыка. Сегодня трудно ожидать такого уровня прорыва, как киноязык Тарковского, например.
— Что может заставить рядового зрителя пойти посмотреть индонезийский фильм или, допустим, кино Намибии?
— Во-первых, любопытство. У нас есть определенная среда любопытных людей. А вслед за ними неизбежно появляются и другие: «Ага, люди хвалят — значит, нам тоже надо посмотреть». Во-вторых, на «Лiстапад» всегда отбираются картины, в которых поднимаются общечеловеческие проблемы. В этом и заключается смысл фестиваля: все картины — о людском и общечеловеческом, свойственном не отдельной стране, а всему миру.
Короткевич вернется в кино
— Знаю, что сейчас вы работаете с Валентином Залужным над сценарием новой картины об учителях. Сначала медики, теперь педагоги — как так получилось?— Это кино о людях в первую очередь. Я убежден: мы обязаны снимать кино о нашем времени, наших реальных проблемах, злободневном и очень важном.
Я снял кино о медиках, но это кино и обо всех нас после 2020‑го. Новая картина будет не о педагогах. Это будет кино о современной школе, о том, что способны дать новому поколению.По крайней мере, мне очень хотелось бы, чтобы лента получилась именно такой.
— Недавно в соцсетях было много хейта в адрес создателей новой версии «Черного замка Ольшанского». Зачем все-таки переснимать классику, Александр Васильевич?
— Во-первых, предыдущая киноверсия «Черного замка…», на мой взгляд, не исчерпала всех возможностей этого блестящего романа и этого жанра. И то, что Глеб Шпригов взялся за эту работу в качестве продюсера, — в определенной степени гарантия качества конечного продукта. Во-вторых, «Черный замок Ольшанский» — это великолепный сюжет для кино. Я верю в этот фильм. Поймите, для меня важен первоисточник, а не экранизация начала 1980‑х. У Михаила Пташука, безусловно, было много хороших картин, и эта не самая удачная. Из того, что я видел, пока получается достаточно интересная и дорогая по производству картина. Так что жду ее выхода.
— Давайте пофантазируем: какую книгу, если бы вам представилась такая возможность, вы хотели бы экранизировать?
— Таких много. Хотел бы поработать в первую очередь с классикой, русской и белорусской. Еще когда-то мечтал снять исторический фильм, а сейчас не знаю, удастся ли.
— И последнее. Порекомендуйте читателям три фильма, которые точно нельзя пропустить на нынешнем «Лiстападзе».
— Всегда советую обращать внимание на современное российское кино. В этом году в основном конкурсе игрового кино, в частности, будет представлен российский фильм «823‑й километр». Кроме того, обязательно рекомендую «Воина лунного света» режиссера из Китая Хонга Ина.Еще страшно интересно, что в этом году привезет Иран. Это всегда очень любопытное и самобытное кино.