Дитя войны Валентина Соловей многое из пережитого помнит как сегодня
25.05.2019 08:34:00
Олег УСАЧЕВ
![](/upload/iblock/904/9041c1001f524f3bd76cc917c864a950.jpg)
Во время оккупации ее семья оказалась в поселке Уречье (Любанский р‑н). Отец, Иван Трофимович, окончивший в 1939 году Минский мединститут, работал хирургом в больнице. Наряду с другими врачами выполнял различные задания партизан, передавал в лес медикаменты. В августе 1943‑го в поселке начались аресты. Вале на тот момент было четыре года, но она помнит, как кто‑то пришел в их дом и сказал: «Доктор, немедленно уходите». Родители, схватив ребенка, ушли, а через десять минут в дом нагрянули каратели. 25 семей тогда погибли. Расстреливали отдельно мужчин, женщин, детей. Спасшихся приняла в свои ряды партизанская бригада № 64 имени В.П.Чкалова.
Отец, став партизанским доктором, в редкие минуты отдыха делал записи в дневнике. Спустя годы Валентина Ивановна передала эти свидетельства в Слуцкий краеведческий музей. Вот как, например, Иван Соловей описывает 16 февраля 1944 года: «Командир отряда Стекленев вызвал меня к себе и сказал: «Отряд уходит, а вы с больными и ранеными остаетесь на месте. Но находиться здесь небезопасно: на лагерь могут в любой момент напасть немцы, которые группами ходят в лесу по болотам. Поэтому найдите укромное место подальше в болоте на островах, выройте землянку и там оставайтесь».
Мама с дочерью тоже прятались в землянке. С дрожью в голосе Валентина Ивановна цитирует запись от 18 февраля: «По бревнам перешли на другую сторону канала и по болоту направились к лагерю. Подошли осторожно, так как было очень темно. Землянки взорваны, в том числе и та, где находились Ольга с Валечкой. Увидели, что на дне ее тлеет огонек, вверх идет дым с запахом горелого мяса. Решили, что там лежат обгорелые люди. Спустился осторожно в землянку и увидел, что горят подушки. Людей нет. Неожиданно из‑за куста раздается сиплый голос: «Доктор Соловей! Ваша семья жива!» К нам подошел мужчина. Он рассказал, как немцы взрывали землянки, бросая в них гранаты. Сохранились две землянки, немцы их не обнаружили. «Там женщины с детьми, в том числе и ваша жена с дочкой». Он привел нас к землянке. Я по ступенькам спустился вниз, из открытых дверей пахнуло тяжелым воздухом. Позвал Олю. Она тут же вышла. Обняли друг друга и плачем, плачем от радости встречи!».
После войны Иван Трофимович рассказывал, что в отряде постоянно было от 20 до 35 больных и раненых. Тяжелейшие операции партизанский врач проводил в полевых, точнее, лесных условиях, часто под открытым небом. Вспоминая еще один эпизод, Валентина Ивановна улыбается: «В одном селении к папе обратился местный житель, мол, у него болеет жена. Нас привели в избу, и папа стал заниматься женщиной, у которой был гнойный нарыв на ноге. Пока отец оказывал помощь, хозяин нажарил в печке на сковороде сала и пригласил к столу.
Папа придвинул сковороду ко мне: «Кушай, дочка!» Я и съела все, вымакав хлебушком жирок и едва не вылизав сковородку. Только потом, оторвавшись от лакомства, поняла, что оставила папу голодным. Никогда ни до, ни после этого случая ничего вкуснее не ела».
После освобождения Беларуси отец Валентины Ивановны был назначен заведующим Слуцким райздравотделом, а мать направили в Уречье организовывать больницу и амбулаторию. Пациентам Иван Трофимович Соловей говорил: «Приму всех и с талонами, и без талонов, ждите». Ратные и трудовые заслуги И.Т.Соловья отмечены орденом Отечественной войны II степени, медалями «За победу над Германией», «Партизану Отечественной войны», другими наградами.
Валентина продолжила династию: стала провизором. Отдала медицине 45 лет, награждена почетным знаком «Отличник здравоохранения Республики Беларусь». Старается и сейчас посещать Любанский музей народной славы, где есть экспозиция, посвященная ее семье.
usachev@sb.by