Ключи от Берлина
21.08.2020 09:22:00
Николай КАЧУК
(Окончание. Начало в предыдущем номере.)
Венчавшая Великую Отечественную войну Берлинская операция, кажется, изучена вдоль и поперек. Но это только кажется. Вчера мы начали рассказ о том, как летчики готовились сбросить нашим наступающим войскам «ключи от Берлина» и впервые рассказали, что их было четыре, а не один (который хранится в зале Победы Центрального музея Вооруженных сил России). Сегодня окончание этой удивительной истории.
Приказ штурмовикам Белавина
Ключи были оперативно переданы в 33-й гв. шап, где под чутким руководством заместителя командира дивизии по политчасти гв. подполковника Бориса Динера их начали готовить к сбросу. В авиамастерских сделали четыре дощечки, на которые нанесли изображение звезд и, зная, что ключи будут сброшены пехотинцам 8-й гвардейской армии, призыв:
Кроме командира 1-й аэ Героя Советского Союза гв. капитана Белавина, ключи было доверено сбросить штурману 33-го гв. шап Герою Советского Союза гв. майору Александру Носову и командирам звеньев гв. старшим лейтенантам Михаилу Камельчику и Петру Нечипоруку.
Удивительно, как с точки зрения исторической справедливости были подобраны командиры этих экипажей. Николай Белавин — уроженец города Алма-Ата, ставшего в годы войны одной из столиц трудового фронта, настоящим символом великого подвига работников советского тыла, внесших огромный вклад в разгром ненавистного врага. В столицу Казахстана было эвакуировано оборудование 34 заводов и фабрик, десятки научных учреждений, город приютил лишившихся крова беженцев со всей страны, в развернутых здесь госпиталях были вылечены тысячи раненых. Александр Носов — москвич, участник войны с августа 1941 года. Героем Советского Союза он стал одним из первых в штурмовой авиации — 21 июля 1942 года. Михаил Камельчик и Петр Нечипорук представляли самые пострадавшие в годы войны республики СССР — Белоруссию и Украину. Михаил родился в деревне Бушмин, что в Толочинском районе Могилевской области. Украинец, уроженец села Бродецкое Казатинского района Винницкой области Петр Нечипорук был среди них не только самым старшим по возрасту, он имел и самый большой налет, и летный стаж. Но ему было суждено разделить невеселую судьбу сотен летчиков-инструкторов, которые всю войну выполняли очень важную, трудную и нужную работу: готовили молодых воздушных бойцов в авиашколах, запасных полках и авиабригадах. Они все рвались на фронт, но повезло, как Нечипоруку, чудом оказавшемуся на фронте лишь в марте 1945 года, очень немногим.
Лететь на задание решили восьмеркой штурмовиков. Ведущий — Белавин. А сброс произвести на обратном пути, после нанесения удара по целям в районе юго-восточнее Зеелова, пролетая над частями второго эшелона 29-го гв. стрелкового корпуса, резонно считая, что ведущим ожесточенный бой с немцами бойцам первого эшелона будет не до ключей. Шустрые политработники в довесок к ключам изготовили листовки с призывом «С именем Сталина — вперед на Берлин», на которых расписались все летчики группы Белавина. Но в первый вылет их решили не брать, планируя сбросить во время второго.
![](/upload/iblock/305/3052748fa71cd9b574c9a07bc922c123.jpg)
16 апреля 1945 года, 8 часов 5 минут, восточнее Альт-Тухебанд
Рано утром 16 апреля на аэродроме в Доберзауле состоялся митинг с выносом боевых знамен полка и дивизии. С напутственным словом к авиаторам обратились комдив гв. полковник Смирнов и комполка гв. майор Конюхов. В торжественной обстановке ключи были вручены Белавину и летчикам его группы. Благодаря сохранившемуся в архиве донесению начальника штаба 3-й гв. шад гв. полковника Ивана Воинова известно не только место, но и точное время выполнения летчиками этого исторического задания:
«Группа Ил-2 33-го гв. шап ведущий Герой Советского Союза гв. майор Белавин 16 апреля 1945 года в 8:05 при выполнении боевого задания сбрасывали на подвижных парашютах «Ключи от Берлина» в район боевых действий частей 8-й гв. армии 2 км восточнее Альт-Тухебанд. В 13:00 за подписью летчиков группы Белавина в расположение наших наземных войск были сброшены листовки». К этому донесению приложено фото ключей с дощечками, благодаря которому мы теперь знаем, как они на самом деле выглядели!
Ключи сбрасывали воздушные стрелки из экипажей штурмовиков. У Белавина это сделал гв. старшина Иван Шанцев. Из четырех ключей в руки наших бойцов попал только один. Судьба остальных неизвестна. Как рассказывал командир 82-й гв. Запорожской Краснознаменной стрелковой дивизии, наступавшей на Зееловские высоты во втором эшелоне 29-го гв. стрелкового корпуса, Герой Советского Союза генерал Георгий Хетагуров, ключ спустился на парашюте к пехотинцам 244-го гв. Краснознаменного полка из его дивизии. Командовал полком белорус, опытный командир, призванный в Красную армию Тереховским РВК Гомельской области в 1931 году, кавалер четырех боевых орденов (один из них за финскую войну) гв. подполковник Константин Филатович Павленко. Как сказано в боевом донесении 244-го гв. полка от 16 апреля, полк совершал марш в направлении Альт-Тухебанд и к 18:00 занял исходные позиции для наступления. При выдвижении, а с Зееловских высот немцы держали под прицелом каждый клочок Кюстринского плацдарма, полк потерял шесть человек убитыми (среди них один офицер) и 19 ранеными (три офицера). В полку Павленко воевало много его земляков-белорусов, которые стали участниками и свидетелями этих исторических событий: Семен Цвирко из Кореличского района, Александр Артюшевский из Дзержинского района, Владимир Давыденко — из Кричевского, Василий Шпильков — из Круглянского… Много солдат и сержантов представляло Пинскую область: Константин Волох, Павел Липисевич, Александр Якуш, Александр Ковальчук… Одной из рот 244-го гв. полка командовал уроженец Дзержинского района Герой Советского Союза гв. капитан Николай Шарко.
Комполка Павленко был в свое время начальником политотдела дивизии, поэтому, когда ему в руки попал ключ с призывом, сориентировался быстро. На ходу провел летучий митинг, а ключ оперативно доставил во главу колонны, чтобы каждый проходящий мимо боец смог не только увидеть, но и прикоснуться к необычному, зовущему вперед, к Победе, подарку летчиков. А потом ключ пошел, что называется, по инстанциям: от комполка белоруса Павленко к комдиву осетину Хетагурову, от Хетагурова — к комкору белорусу Шеменкову, от Шеменкова — к командарму русскому Чуйкову. Но и Чуйков оказался не последним, в чьи руки попала эта историческая реликвия.
В июне 1945 года Василий Иванович Чуйков вручил «ключ от Берлина» легендарному партизанскому вожаку, украинцу Герою Советского Союза гв. генерал-майору Михаилу Дуке, на которого им была возложена историческая миссия: пронести ключ по Красной площади в строю 1-го Белорусского фронта на Параде Победы!
Почему именно Дуке?
Гладко было на картах
Как известно, Берлинская операция проходила совсем не по тому плану, который разрабатывал со своим штабом маршал Жуков. К сожалению, немцам удалось разгадать все наши козыри. Несмотря на невероятные усилия по секретности и маскировке, им были известны и главное направление удара, и дата его нанесения. Именно там они и построили наиболее мощную эшелонированную оборону. А делать они это умели. Не оправдались надежды и на ночное наступление в свете прожекторов. Дым, пыль, туман прожекторы не пробили, поэтому наступать пришлось в темноте. Кстати, у немцев уже тогда были приборы ночного видения с дальностью действия до одного километра. Но самое обидное, что им удалось перехитрить наше командование и отвести перед самым началом сражения свои войска на вторую линию обороны — Зееловские высоты. В результате огромное количество снарядов, мин и бомб ударило по пустому месту. Все это в итоге привело к большим потерям и снижению темпов наступления. Пришлось в пожарном порядке вводить в бой на ограниченном пятачке две танковые армии! Но даже и после прорыва обороны у Зеелова наступление развивалось очень тяжело.
Михаил Дука.
У комкора Шеменкова за плечами был огромный боевой опыт. Он воевал с немцами еще в Первую мировую и даже побывал у них в плену. Поэтому на рожон не лез, старался, несмотря на грозные приказы «любой ценой» и «во что бы то ни стало», сберечь своих бойцов. Уже на самых подступах к Берлину, желая лучше подготовиться к атаке, он перенес начало наступления всего на час, что стало причиной гнева вышестоящего начальства и послужило причиной снятия его с должности. Вместо него лучший в 8-й гв. армии 29-й гв. корпус возглавил генерал Хетагуров, который передал свою 82-ю гв. дивизию генералу Михаилу Дуке. Михаил Ильич был настоящим былинным героем-витязем, которого ни штык, ни пуля не берут. Могучий украинец, бывший кузнец-молотобоец имел не только огромный рост и мощную мускулатуру. Он был человеком невероятной смелости и отваги. Генеральские погоны и Золотую Звезду Героя он заслужил, будучи командиром партизанской бригады, которая по праву хозяйничала в брянских лесах, наводя ужас на немецких и венгерских генералов. Не случайно он стал одним из главных действующих лиц на первом (!) в истории Великой Отечественной партизанском параде (у нас в Минске был, оказывается, не первый, как утверждают сегодня многие историки, парад), который прошел 19 сентября 1943 года в городе Орле. А начинал Дука свою военную службу политработником в ВВС Белорусского военного округа. Перед войной был репрессирован, но, слава богу, не расстрелян. При штурме Берлина генерал Дука в числе первых вместе со своими бойцами вплавь (!) форсировал реку Шпрее. Его 82-я гв. дивизия и входивший в ее состав 244-й гв. полк Константина Павленко оправдали надежды летчиков-штурмовиков Николая Белавина. Ворвавшись в Берлин, они захватили аэродромы «Темпельгоф», «Адлерсхоф» и «Букков», на которые оперативно перебазировались 33-й, 70-й и 71-й гвардейские полки 3-й гв. шад.
Ил-2 3-й гв. штурмовой авиадивизии на центральном аэродроме Берлина «Темпельгоф». На переднем плане разбитые немецкие самолеты.
244-й гв. полк, наступая от Альт-Тухебанд, особо отличился в боях за Мюнхеберг, Гельсдорф, Ворин, Хаккенов, при форсировании Шпрее и Тельтов-канала, захвате осиного гнезда Геббельса — Берлинской радиостанции. Капитуляция Берлинского гарнизона застала бойцов гв. подполковника Павленко совсем недалеко от рейхстага — в Шуленбург-парке. Сегодня это в районе улиц Планетенштрассе, Хензельштрассе и Дроссельбартштрассе. За мужество и отвагу, проявленные при штурме столицы Германии, 244-й гв. полк единственный в дивизии и корпусе был удостоен почетного наименования «Берлинский». 3-я гв. штурмовая авиадивизия за Берлинскую операцию награждена орденом Суворова II степени, а все три ее полка — орденом Суворова III степени. Но, увы, не миновала 3-ю гв. шад и беда — она оказалась единственной в ВВС, которая в сражении за Берлин потеряла своего комдива. Вдвойне тяжелее, что это случилось не в бою: ночью 30 апреля виллис гв. полковника Алексея Смирнова столкнулся с грузовиком.
Командиром дивизии стал гв. подполковник Степан Васильев, который, естественно, и на этом посту продолжил неровно дышать в сторону своего родного 33-го гв. шап. В мае 1945-го он представил к званию Героя Советского Союза сразу троих летчиков полка, таким образом подведя черту в соревновании по количеству кавалеров Золотой Звезды, уравняв его с 70-м гв. Белорусским шап: 8 на 8. Забыв при этом представить к заслуженной награде легендарного комэска 70-го гв. шап Дмитрия Пономаренко, совершившего 109 боевых вылетов. Справедливости ради надо отметить, что и один из трех новоиспеченных Героев Советского Союза в 33-м гв. шап — гв. лейтенант Иван Перминов больше половины из своего 101 боевого вылета выполнил, воюя в 70-м гв. шап. Но надо отдать должное настойчивости и полковому патриотизму Степана Михайловича Васильева. Когда в 1946 году на аэродроме в Финстервальде расформировали 3-ю гв. шад, то из всех трех полков дивизии в живых остался только полк «ключеносцев» — 33-й гвардейский, который удалось отстоять лично комдиву Васильеву. Переучившись сначала на Ил-10, а затем на реактивный МиГ-15, поменяв в связи с накрывшей в 1949 году все ВВС умопомрачительной волной секретности свой номер с 33 на 664, знаменитый полк закончил свою историю в октябре 1956 года, будучи расформированным в Сталино (Донецке) под наименованием 664-й гвардейский Воронежский Краснознаменный ордена Суворова истребительный авиаполк.
Без грифа «секретно»
А что до самих участников сброса ключей от столицы рейха, то об этом они заговорили лишь в конце 1970-х годов минувшего столетия. Дело в том, что центральный орган печати ЦК ВКП(б) газета «Правда» не только направляла и вела всех коммунистов в нужном направлении, но и являлась для них истиной в последней инстанции. На ее страницах рассказывалось, что наступающим на Берлин воинам-сталинградцам был сброшен огромный ключ с прикрепленной к нему запиской-призывом: «Гвардейцы, друзья! К победе, вперед! Шлем вам ключ от берлинских ворот. С вами гвардейцы-штурмовики Героя Советского Союза Белавина!» То есть не только в тексте статьи, но даже и в самом послании слово «ключи» заменено на «ключ», а значит, он был один и сбросил его Белавин. Участники операции «Ключи от Берлина» коммунисты Носов, Нечипорук и Камельчик взяли решение партии под козырек и молчали более трех десятков лет. Кстати, и в Центральном музее Вооруженных сил России в Москве, где демонстрируется лишь копия этого ключа, тоже читали «Правду». На табличке с призывом там тоже написали «ключ», а не «ключи», как было на оригинале.
Первым «раскололся» Герой Советского Союза Александр Носов, который подарил символическую копию сброшенного им ключа музею боевой славы средней школы № 27 города Гомеля. То же самое сделал и Петр Нечипорук. Его версия копии ключа, которую он восстановил по памяти, вместе с табличкой-посланием хранится среди самых ценных экспонатов музея его родного Оренбургского (ранее 1-го Чкаловского) авиаучилища. И только закадычный друг Николая Белавина, наш легендарный земляк Герой Советского Союза Михаил Камельчик никогда и нигде не рассказывал о своем ключе. Да, не случайно в представлении его за 100 боевых вылетов к Золотой Звезде сказано: «Скромный на земле и беспредельно храбрый в воздухе». Даже о своем участии в Параде Победы, на котором он плечом к плечу с Белавиным печатал шаг по Красной площади, добрый и общительный Михаил Степанович так ни разу и не обмолвился. Конечно, сегодня не важно, чей именно ключ попал в руки нашим пехотинцам. Исторический интерес представляет другое: в чьи руки после Парада Победы гв. генерал-майор Михаил Дука передал эту бесценную историческую реликвию и как сложилась ее дальнейшая судьба.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
На этом можно было бы и закончить рассказ об операции «Ключи от Берлина». Но в 1976 году она получила неожиданное, совершенно фантастическое продолжение. Коллектив конструкторского бюро имени Сергея Ильюшина решил установить на своей территории в Москве памятник своему самому знаменитому самолету — штурмовику Ил-2. Но, как оказалось, ни одного «летающего танка» в СССР не сохранилось, поэтому вознести на постамент было нечего. Переговоры с поляками и чехами, у которых в авиамузеях были Ил-2, ни к чему не привели. Тогда за дело взялся крестный папа этого самолета - шеф-пилот ОКБ Ильюшина, заслуженный летчик-испытатель СССР, дважды Герой Советского Союза Владимир Коккинаки. Именно он в 1939 году «выписал» штурмовику путевку в небо. С помощью ребят-поисковиков ему удалось найти два Ил-2, которые совершили в годы войны вынужденные посадки в труднодоступном районе болота Невий Мох в Новгородской области и поэтому неплохо сохранились. По просьбе Коккинаки операцию по доставке самолетов из непролазной болотной хляби на сушу выполнил на вертолете-гиганте Ми-10К заслуженный летчик-испытатель СССР Герой Советского Союза Василий Колошенко, который в годы войны был летчиком-инструктором и учил курсантов летать именно на Ил-2!
Тогда никто не придал особого значения тому, что оба найденных штурмовика были из двух полков той самой 3-й гв. штурмовой авиадивизии, бывшей 243-й шад. Один из 784-го шап, преобразованного в 71-м гвардейский. Второй из 33-го гв. шап – полка «ключеносцев»! Как удалось установить, в состав экипажа Ил-2 из 33-го полка входили летчик-киргиз, уроженец села Рыбачье Балыкчинского района Иссык-Кульской области гв. сержант Чеун Алиевич Алиев и воздушный стрелок, еврей, уроженец поселка Копаткевичи, что в Петриковском районе Гомельской области, гв. рядовой Геннадий Львович Голод. После посадки на болото им удалось добраться до своих. А вот дожить до Победы им было не суждено. Кавалер ордена Красной Звезды гв. младший лейтенант Алиев погиб 7 сентября 1943 года, воюя в составе 70-го гв. Белорусского шап, а кавалер ордена Красной Звезды и медали «За отвагу» воздушный стрелок 33-го гв. Воронежского шап гв. сержант Голод не вернулся на свой аэродром 14 апреля 1944 года. Сложись его судьба по-иному, вполне мог бы поучаствовать и в сбросе одного из ключей от Берлина.
![](/upload/iblock/d26/d269f758f9ab32975d90fa7ec62770f9.jpg)
А вот летчика второго вызволенного из болота Ил-2 удалось найти живым и здоровым -- в городе Новосибирске. Гвардии подполковник в отставке Михаил Алексеевич Федотов закончил войну в составе 71-го гв. шап на центральном аэродроме Берлина Темпельгоф. За мужество, отвагу и совершенные им 90 боевых вылетов был награжден орденом Ленина. Удивительное, просто мистическое совпадение: 17 апреля 1943 года одним приказом по 3-й гв. шад летчики Михаил Федотов и Чеун Алиев были награждены орденом Красной Звезды! Ил-2 Михаила Федотова рабочими и инженерами ОКБ Ильюшина был полностью восстановлен. Оживили даже двигатель! В 1980 году самолет принял участие в съемках двух художественных фильмов. На аэродроме Воронежского авиазавода (а именно здесь накануне войны начинался серийный выпуск первых Ил-2!) он был одним из основных героев в двухсерийной киноэпопее «Особо важное задание», а в Литве -- в числе главных действующих лиц кинофильма «Ты должен жить». После съемок самолет-кинозвезда стал одним из самых ценных экспонатов музея ВВС в Монино, где находится и поныне.
Еще более почетная участь ждала Ил-2 экипажа Алиева. 5 мая 1978 года его вознесли на пилон-постамент в Москве на территории ОКБ им. Ильюшина. Именно здесь родился этот легендарный, самый массовый в истории мировой авиации боевой самолет. Впоследствии рядом с постаментом установили бюст первого пилота Ил-2 Владимира Коккинаки и его главного конструктора -- трижды Героя Социалистического Труда, кавалера восьми орденов Ленина, лауреата Ленинской, Государственной и семи Сталинских премий Сергея Ильюшина. Всего было построено 36 154 штурмовика Ил-2. В войне с Германией и Японией участвовало 178 штурмовых авиаполков, 50 из них стали гвардейскими. Согласитесь, удивительно, но в то же время в высшей степени справедливо, что памятником стал именно Ил-2 из 33-го гвардейского Воронежского Краснознаменного ордена Суворова штурмового авиаполка, летчики которого участвовали в операции «Ключи от Берлина». Думаю, что в год 75-летия Победы этот исторический факт станет приятной неожиданностью как для ветеранов ВВС, так и для работников ОКБ Ильюшина.
Венчавшая Великую Отечественную войну Берлинская операция, кажется, изучена вдоль и поперек. Но это только кажется. Вчера мы начали рассказ о том, как летчики готовились сбросить нашим наступающим войскам «ключи от Берлина» и впервые рассказали, что их было четыре, а не один (который хранится в зале Победы Центрального музея Вооруженных сил России). Сегодня окончание этой удивительной истории.
![]() |
![]() |
Ключи были оперативно переданы в 33-й гв. шап, где под чутким руководством заместителя командира дивизии по политчасти гв. подполковника Бориса Динера их начали готовить к сбросу. В авиамастерских сделали четыре дощечки, на которые нанесли изображение звезд и, зная, что ключи будут сброшены пехотинцам 8-й гвардейской армии, призыв:
«Гвардейцы, друзья, к победе вперед, шлем вам ключи от Берлинских ворот. С вами гвардейцы-штурмовики Героя Советского Союза Белавина».С помощью капронового шнура их прикрепили к ключам, а для их плавного спуска сшили специальные парашюты.
Кроме командира 1-й аэ Героя Советского Союза гв. капитана Белавина, ключи было доверено сбросить штурману 33-го гв. шап Герою Советского Союза гв. майору Александру Носову и командирам звеньев гв. старшим лейтенантам Михаилу Камельчику и Петру Нечипоруку.
![]() Николай Белавин. |
![]() Александр Носов. |
![]() Михаил Камельчик. |
![]() Петр Нечипорук. |
Лететь на задание решили восьмеркой штурмовиков. Ведущий — Белавин. А сброс произвести на обратном пути, после нанесения удара по целям в районе юго-восточнее Зеелова, пролетая над частями второго эшелона 29-го гв. стрелкового корпуса, резонно считая, что ведущим ожесточенный бой с немцами бойцам первого эшелона будет не до ключей. Шустрые политработники в довесок к ключам изготовили листовки с призывом «С именем Сталина — вперед на Берлин», на которых расписались все летчики группы Белавина. Но в первый вылет их решили не брать, планируя сбросить во время второго.
![](/upload/iblock/305/3052748fa71cd9b574c9a07bc922c123.jpg)
16 апреля 1945 года, 8 часов 5 минут, восточнее Альт-Тухебанд
Рано утром 16 апреля на аэродроме в Доберзауле состоялся митинг с выносом боевых знамен полка и дивизии. С напутственным словом к авиаторам обратились комдив гв. полковник Смирнов и комполка гв. майор Конюхов. В торжественной обстановке ключи были вручены Белавину и летчикам его группы. Благодаря сохранившемуся в архиве донесению начальника штаба 3-й гв. шад гв. полковника Ивана Воинова известно не только место, но и точное время выполнения летчиками этого исторического задания:
«Группа Ил-2 33-го гв. шап ведущий Герой Советского Союза гв. майор Белавин 16 апреля 1945 года в 8:05 при выполнении боевого задания сбрасывали на подвижных парашютах «Ключи от Берлина» в район боевых действий частей 8-й гв. армии 2 км восточнее Альт-Тухебанд. В 13:00 за подписью летчиков группы Белавина в расположение наших наземных войск были сброшены листовки». К этому донесению приложено фото ключей с дощечками, благодаря которому мы теперь знаем, как они на самом деле выглядели!
Ключи сбрасывали воздушные стрелки из экипажей штурмовиков. У Белавина это сделал гв. старшина Иван Шанцев. Из четырех ключей в руки наших бойцов попал только один. Судьба остальных неизвестна. Как рассказывал командир 82-й гв. Запорожской Краснознаменной стрелковой дивизии, наступавшей на Зееловские высоты во втором эшелоне 29-го гв. стрелкового корпуса, Герой Советского Союза генерал Георгий Хетагуров, ключ спустился на парашюте к пехотинцам 244-го гв. Краснознаменного полка из его дивизии. Командовал полком белорус, опытный командир, призванный в Красную армию Тереховским РВК Гомельской области в 1931 году, кавалер четырех боевых орденов (один из них за финскую войну) гв. подполковник Константин Филатович Павленко. Как сказано в боевом донесении 244-го гв. полка от 16 апреля, полк совершал марш в направлении Альт-Тухебанд и к 18:00 занял исходные позиции для наступления. При выдвижении, а с Зееловских высот немцы держали под прицелом каждый клочок Кюстринского плацдарма, полк потерял шесть человек убитыми (среди них один офицер) и 19 ранеными (три офицера). В полку Павленко воевало много его земляков-белорусов, которые стали участниками и свидетелями этих исторических событий: Семен Цвирко из Кореличского района, Александр Артюшевский из Дзержинского района, Владимир Давыденко — из Кричевского, Василий Шпильков — из Круглянского… Много солдат и сержантов представляло Пинскую область: Константин Волох, Павел Липисевич, Александр Якуш, Александр Ковальчук… Одной из рот 244-го гв. полка командовал уроженец Дзержинского района Герой Советского Союза гв. капитан Николай Шарко.
Комполка Павленко был в свое время начальником политотдела дивизии, поэтому, когда ему в руки попал ключ с призывом, сориентировался быстро. На ходу провел летучий митинг, а ключ оперативно доставил во главу колонны, чтобы каждый проходящий мимо боец смог не только увидеть, но и прикоснуться к необычному, зовущему вперед, к Победе, подарку летчиков. А потом ключ пошел, что называется, по инстанциям: от комполка белоруса Павленко к комдиву осетину Хетагурову, от Хетагурова — к комкору белорусу Шеменкову, от Шеменкова — к командарму русскому Чуйкову. Но и Чуйков оказался не последним, в чьи руки попала эта историческая реликвия.
В июне 1945 года Василий Иванович Чуйков вручил «ключ от Берлина» легендарному партизанскому вожаку, украинцу Герою Советского Союза гв. генерал-майору Михаилу Дуке, на которого им была возложена историческая миссия: пронести ключ по Красной площади в строю 1-го Белорусского фронта на Параде Победы!
Почему именно Дуке?
Гладко было на картах
Как известно, Берлинская операция проходила совсем не по тому плану, который разрабатывал со своим штабом маршал Жуков. К сожалению, немцам удалось разгадать все наши козыри. Несмотря на невероятные усилия по секретности и маскировке, им были известны и главное направление удара, и дата его нанесения. Именно там они и построили наиболее мощную эшелонированную оборону. А делать они это умели. Не оправдались надежды и на ночное наступление в свете прожекторов. Дым, пыль, туман прожекторы не пробили, поэтому наступать пришлось в темноте. Кстати, у немцев уже тогда были приборы ночного видения с дальностью действия до одного километра. Но самое обидное, что им удалось перехитрить наше командование и отвести перед самым началом сражения свои войска на вторую линию обороны — Зееловские высоты. В результате огромное количество снарядов, мин и бомб ударило по пустому месту. Все это в итоге привело к большим потерям и снижению темпов наступления. Пришлось в пожарном порядке вводить в бой на ограниченном пятачке две танковые армии! Но даже и после прорыва обороны у Зеелова наступление развивалось очень тяжело.
![](/upload/iblock/2fc/2fc6dd6288b0a1482b46f0c584eb9550.jpg)
244-й гв. полк, наступая от Альт-Тухебанд, особо отличился в боях за Мюнхеберг, Гельсдорф, Ворин, Хаккенов, при форсировании Шпрее и Тельтов-канала, захвате осиного гнезда Геббельса — Берлинской радиостанции. Капитуляция Берлинского гарнизона застала бойцов гв. подполковника Павленко совсем недалеко от рейхстага — в Шуленбург-парке. Сегодня это в районе улиц Планетенштрассе, Хензельштрассе и Дроссельбартштрассе. За мужество и отвагу, проявленные при штурме столицы Германии, 244-й гв. полк единственный в дивизии и корпусе был удостоен почетного наименования «Берлинский». 3-я гв. штурмовая авиадивизия за Берлинскую операцию награждена орденом Суворова II степени, а все три ее полка — орденом Суворова III степени. Но, увы, не миновала 3-ю гв. шад и беда — она оказалась единственной в ВВС, которая в сражении за Берлин потеряла своего комдива. Вдвойне тяжелее, что это случилось не в бою: ночью 30 апреля виллис гв. полковника Алексея Смирнова столкнулся с грузовиком.
Командиром дивизии стал гв. подполковник Степан Васильев, который, естественно, и на этом посту продолжил неровно дышать в сторону своего родного 33-го гв. шап. В мае 1945-го он представил к званию Героя Советского Союза сразу троих летчиков полка, таким образом подведя черту в соревновании по количеству кавалеров Золотой Звезды, уравняв его с 70-м гв. Белорусским шап: 8 на 8. Забыв при этом представить к заслуженной награде легендарного комэска 70-го гв. шап Дмитрия Пономаренко, совершившего 109 боевых вылетов. Справедливости ради надо отметить, что и один из трех новоиспеченных Героев Советского Союза в 33-м гв. шап — гв. лейтенант Иван Перминов больше половины из своего 101 боевого вылета выполнил, воюя в 70-м гв. шап. Но надо отдать должное настойчивости и полковому патриотизму Степана Михайловича Васильева. Когда в 1946 году на аэродроме в Финстервальде расформировали 3-ю гв. шад, то из всех трех полков дивизии в живых остался только полк «ключеносцев» — 33-й гвардейский, который удалось отстоять лично комдиву Васильеву. Переучившись сначала на Ил-10, а затем на реактивный МиГ-15, поменяв в связи с накрывшей в 1949 году все ВВС умопомрачительной волной секретности свой номер с 33 на 664, знаменитый полк закончил свою историю в октябре 1956 года, будучи расформированным в Сталино (Донецке) под наименованием 664-й гвардейский Воронежский Краснознаменный ордена Суворова истребительный авиаполк.
Без грифа «секретно»
А что до самих участников сброса ключей от столицы рейха, то об этом они заговорили лишь в конце 1970-х годов минувшего столетия. Дело в том, что центральный орган печати ЦК ВКП(б) газета «Правда» не только направляла и вела всех коммунистов в нужном направлении, но и являлась для них истиной в последней инстанции. На ее страницах рассказывалось, что наступающим на Берлин воинам-сталинградцам был сброшен огромный ключ с прикрепленной к нему запиской-призывом: «Гвардейцы, друзья! К победе, вперед! Шлем вам ключ от берлинских ворот. С вами гвардейцы-штурмовики Героя Советского Союза Белавина!» То есть не только в тексте статьи, но даже и в самом послании слово «ключи» заменено на «ключ», а значит, он был один и сбросил его Белавин. Участники операции «Ключи от Берлина» коммунисты Носов, Нечипорук и Камельчик взяли решение партии под козырек и молчали более трех десятков лет. Кстати, и в Центральном музее Вооруженных сил России в Москве, где демонстрируется лишь копия этого ключа, тоже читали «Правду». На табличке с призывом там тоже написали «ключ», а не «ключи», как было на оригинале.
Первым «раскололся» Герой Советского Союза Александр Носов, который подарил символическую копию сброшенного им ключа музею боевой славы средней школы № 27 города Гомеля. То же самое сделал и Петр Нечипорук. Его версия копии ключа, которую он восстановил по памяти, вместе с табличкой-посланием хранится среди самых ценных экспонатов музея его родного Оренбургского (ранее 1-го Чкаловского) авиаучилища. И только закадычный друг Николая Белавина, наш легендарный земляк Герой Советского Союза Михаил Камельчик никогда и нигде не рассказывал о своем ключе. Да, не случайно в представлении его за 100 боевых вылетов к Золотой Звезде сказано: «Скромный на земле и беспредельно храбрый в воздухе». Даже о своем участии в Параде Победы, на котором он плечом к плечу с Белавиным печатал шаг по Красной площади, добрый и общительный Михаил Степанович так ни разу и не обмолвился. Конечно, сегодня не важно, чей именно ключ попал в руки нашим пехотинцам. Исторический интерес представляет другое: в чьи руки после Парада Победы гв. генерал-майор Михаил Дука передал эту бесценную историческую реликвию и как сложилась ее дальнейшая судьба.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
На этом можно было бы и закончить рассказ об операции «Ключи от Берлина». Но в 1976 году она получила неожиданное, совершенно фантастическое продолжение. Коллектив конструкторского бюро имени Сергея Ильюшина решил установить на своей территории в Москве памятник своему самому знаменитому самолету — штурмовику Ил-2. Но, как оказалось, ни одного «летающего танка» в СССР не сохранилось, поэтому вознести на постамент было нечего. Переговоры с поляками и чехами, у которых в авиамузеях были Ил-2, ни к чему не привели. Тогда за дело взялся крестный папа этого самолета - шеф-пилот ОКБ Ильюшина, заслуженный летчик-испытатель СССР, дважды Герой Советского Союза Владимир Коккинаки. Именно он в 1939 году «выписал» штурмовику путевку в небо. С помощью ребят-поисковиков ему удалось найти два Ил-2, которые совершили в годы войны вынужденные посадки в труднодоступном районе болота Невий Мох в Новгородской области и поэтому неплохо сохранились. По просьбе Коккинаки операцию по доставке самолетов из непролазной болотной хляби на сушу выполнил на вертолете-гиганте Ми-10К заслуженный летчик-испытатель СССР Герой Советского Союза Василий Колошенко, который в годы войны был летчиком-инструктором и учил курсантов летать именно на Ил-2!
Тогда никто не придал особого значения тому, что оба найденных штурмовика были из двух полков той самой 3-й гв. штурмовой авиадивизии, бывшей 243-й шад. Один из 784-го шап, преобразованного в 71-м гвардейский. Второй из 33-го гв. шап – полка «ключеносцев»! Как удалось установить, в состав экипажа Ил-2 из 33-го полка входили летчик-киргиз, уроженец села Рыбачье Балыкчинского района Иссык-Кульской области гв. сержант Чеун Алиевич Алиев и воздушный стрелок, еврей, уроженец поселка Копаткевичи, что в Петриковском районе Гомельской области, гв. рядовой Геннадий Львович Голод. После посадки на болото им удалось добраться до своих. А вот дожить до Победы им было не суждено. Кавалер ордена Красной Звезды гв. младший лейтенант Алиев погиб 7 сентября 1943 года, воюя в составе 70-го гв. Белорусского шап, а кавалер ордена Красной Звезды и медали «За отвагу» воздушный стрелок 33-го гв. Воронежского шап гв. сержант Голод не вернулся на свой аэродром 14 апреля 1944 года. Сложись его судьба по-иному, вполне мог бы поучаствовать и в сбросе одного из ключей от Берлина.
![](/upload/iblock/d26/d269f758f9ab32975d90fa7ec62770f9.jpg)
А вот летчика второго вызволенного из болота Ил-2 удалось найти живым и здоровым -- в городе Новосибирске. Гвардии подполковник в отставке Михаил Алексеевич Федотов закончил войну в составе 71-го гв. шап на центральном аэродроме Берлина Темпельгоф. За мужество, отвагу и совершенные им 90 боевых вылетов был награжден орденом Ленина. Удивительное, просто мистическое совпадение: 17 апреля 1943 года одним приказом по 3-й гв. шад летчики Михаил Федотов и Чеун Алиев были награждены орденом Красной Звезды! Ил-2 Михаила Федотова рабочими и инженерами ОКБ Ильюшина был полностью восстановлен. Оживили даже двигатель! В 1980 году самолет принял участие в съемках двух художественных фильмов. На аэродроме Воронежского авиазавода (а именно здесь накануне войны начинался серийный выпуск первых Ил-2!) он был одним из основных героев в двухсерийной киноэпопее «Особо важное задание», а в Литве -- в числе главных действующих лиц кинофильма «Ты должен жить». После съемок самолет-кинозвезда стал одним из самых ценных экспонатов музея ВВС в Монино, где находится и поныне.
Еще более почетная участь ждала Ил-2 экипажа Алиева. 5 мая 1978 года его вознесли на пилон-постамент в Москве на территории ОКБ им. Ильюшина. Именно здесь родился этот легендарный, самый массовый в истории мировой авиации боевой самолет. Впоследствии рядом с постаментом установили бюст первого пилота Ил-2 Владимира Коккинаки и его главного конструктора -- трижды Героя Социалистического Труда, кавалера восьми орденов Ленина, лауреата Ленинской, Государственной и семи Сталинских премий Сергея Ильюшина. Всего было построено 36 154 штурмовика Ил-2. В войне с Германией и Японией участвовало 178 штурмовых авиаполков, 50 из них стали гвардейскими. Согласитесь, удивительно, но в то же время в высшей степени справедливо, что памятником стал именно Ил-2 из 33-го гвардейского Воронежского Краснознаменного ордена Суворова штурмового авиаполка, летчики которого участвовали в операции «Ключи от Берлина». Думаю, что в год 75-летия Победы этот исторический факт станет приятной неожиданностью как для ветеранов ВВС, так и для работников ОКБ Ильюшина.